Домой / Переводы и публикации / Почему слова на букву «н» стали запретными

Почему слова на букву «н» стали запретными

Анна Шарлотт Альтштадт о книге, которая критикует языковую полицию и сторонников языковой толерантности.

Немногие темы вызывают столь оживленную дискуссию, как значение слов. Язык по сути своей не имеет политической ориентированности – ни «правой», ни «левой», – указывают лингвисты Ларс Мелин и Микаэль Паркваль в книге «Заряженное слово». Однако отправной точкой их уныло-познавательной лекции о языке стали взрывные в политическом отношении материалы.

Согласно выводам авторов, научное исследование подтверждает общепринятое представление о языке как основе для формирования общества и властной структуры.

В Швеции не станет больше равноправия, но и человек не сделается менее нормальным, оттого что сторонники языковой толерантности заменят безличное местоимение “man” (прим. – что также может читаться как «мужчина») на артикль “en” или позволят общеупотребительному местоимению “hen” («оно») получить такое распространение, чтобы оно полностью вытеснило личные местоимения «он» и «она».

Исследователи задаются вопросом, как Швеция вообще смогла стать страной с одним из самых высоких показателей равноправия в мире, несмотря на такие слова в языке как “förfader” («предок», дословно «предыдущий отец»), “mannaminne” («на памяти», дословно «на памяти мужчины»), “tvåmankajak” («двухместная байдарка», дословно «байдарка на двух мужчин»). При этом три четверти мировых языков используют основное личное местоимение среднего рода, что никоим образом не подрывает патриархальных основ общества.

Кроме того, Мелин и Паркваль обсуждают амбициозные планы официальных кругов Швеции по изменению языка в соответствии с тем, что может быть описано трендовым понятием «приобщение».

Непоследовательная забота о чувствах, к примеру, привела к тому, что у меня больше нет двух неврологических инвалидностей. Вместо этого я, по мнению Шведского языкового совета, «человек с вариативностью возможностей». Предполагалось, что мои права нарушаются прежними двумя определениями, хотя они совершенно точно описывали мои сумбурные и чрезвычайно трудные будни. «Вариативность», напротив, означает, что я совсем, как другие. Если кто-то выскажет в мой адрес нечто плохое или неправильно на меня отреагирует, я смогу спокойно обвинить этого человека в эйблизме (прим. – системная дискриминация людей с хроническими заболеваниями и инвалидностью).

Наибольшее внимание авторы уделяют анализу слов на букву «н» (расистские высказывания) и, конечно, приходят к выводу, что их более употреблять нельзя. Мы, носители языка, наделили подобные обозначения оскорбительным смыслом независимо от их прежней истории. Эти слова настолько жуткие, что я не могу вспомнить, когда использовала их в обиходе.

Но интересно, что высокая степень политической нагрузки такого термина позволяет говорить об изменении его исторической роли.

Многие утверждают, будто слова «негр» и «ниггер» всегда были проявлением расизма, с чем авторы исследования, конечно, не согласны. Например, в шведской прессе они использовались в нейтральном значении вплоть до 1900 года.

Хотя лингвисты обсуждали понятие исключительно с научной точки зрения, легко заметить, что слова на букву «н», самые запрещенные из всех, стали политическим полем боя. Знаковый термин, вокруг которого сталкиваются точки зрения расистов, антирасистов и различных провокаторов, одновременно вызывает исследовательский интерес. С помощью подобных «расистских слов», как и посредством остального языка, можно рассмотреть в комплексе систему властных отношений, классовою и социальную принадлежность.

В 2015 году популярный рэп-исполнитель Адам Тенста прервал интервью TV4 в знак протеста против участия в программе владелицы Youtube-канала из вермландского города Грумс Луисы Андерссон Бодин, демонстрировавшей отсутствие толерантности в вопросах расизма.

В одном из своих выпусков (по ее собственным данным, так как никто не может установить, что именно было сказано) Бодин использовала расистское высказывание, чтобы подшутить над манерой общения в родных краях. В связи с критикой и запросом канала TV4 она удалила этот фрагмент перед участием в программе. Позднее Андерссон Бодин допустила новую ошибку, которая лишила ее всех шансов. Она попросила прощения со словами: «Н…ры это очень хороший народ с прекрасными людьми».

Несмотря на извинения и готовность к диалогу в позитивном ключе, Бодин подверглась безжалостному осуждению как в старых, так и в современных СМИ. Такие знаменитости как Зара Ларссон, Малена Эрнман и другие приветствовали антирасистскую кампанию Адама Тенсты, в то время как Андерссон Бодин стала объектом ненависти и угроз, навсегда получив ярлык расиста в шведском сегменте Интернета.

То, кем ты являешься и откуда происходишь, влияет на то, как ты говоришь. Еще не на всех в Швеции сказалось это строгое табу относительно слов на «н». И я уверена, что многие, пусть это может казаться странным, даже не знают корректного обозначения упомянутого «народа» или не могут уловить имеющиеся здесь тонкие различия.

В рамках так называемого антирасистского дискурса представители меньшинств сами объединяют людей с более темным оттенком кожи в одну группу. Всешведский союз афрошведов намерен вернуть в обиход слово «раса».

Личность и статус определяют, как тебе позволят выражаться. В 2010 году Адам Тенста в интервью газете «Metro» заявил, что он против цензуры: «Пока существуют ниггеры, гомосексуалисты и проститутки, люди должны иметь право их так называть».

Его оскорбительные высказывания в адрес темнокожих и женщин оправданы цветом собственной кожи, а также профессией. Он крутится в престижных кругах хип-хоп культуры и происходит из Тенста – района Стокгольма, социальная значимость которого подкрепляет претензию на индивидуальную ценность выходца отсюда. Однако ведущая свой канал на Youtube девушка из заводского муниципалитета Грумс – с ярко выраженным диалектом не как у модных знаменитостей, пользующаяся ограниченной популярностью в провинции – оказывается беспомощна на дне медийной иерархии.

Полагаю, велик риск того, что все слова-заменители рано или поздно также начнут считаться оскорбительными. Нищих цыган теперь называют «мигрантами ЕС», а нелегальные мигранты именуются «людьми без документов». Такое словоупотребление неизбежно изменит действительность. Языковой совет Шведского телевидения в прошлом году рекомендовал избегать слов «пригород» и «мигранты». Инвалидность теперь называется «вариативностью». Вскоре, как мне думается, плохо образованные и низкооплачиваемые работники будут зваться «люди с социальной и экономической вариативностью», а находящиеся на продолжительном больничном трансформируются в «людей с переменчивым здоровьем».

Мы меняем свой язык под влиянием негативных, неприемлемых явлений и феноменов. Но когда «приобщение» подразумевает изменения языка свыше без учета политических последствий, проект рискует самостоятельно приобрести политическое звучание, черты пиара или чистой пародии.

Когда учреждения, институты, организации и СМИ описывают общество в стиле Оруэлла, возникает риск образования непреодолимой пропасти между представителями элиты и обычными людьми. Это трещина в доверии, которую нельзя устранить силами языковой полиции или каким-нибудь министерством правды.

Все, что нужно делать, если вольно перефразировать Маркса, так это изменить общество, вместо того чтобы переименовывать его.

12 февраля 2017. Анна Шарлотт Альтштадт

Источник: aftonbladet.se

0

6 комментариев

  1. omenian
    наблюдатель

    «Голая» терминология без какой-либо привязки к реальной жизни — просто слова, ни о чем. В данном конкретном случае критически важно значение имеет страна пребывания, национальные особенности и т.д. Например, в современной Америке негров называют словом black. Это самое правильное и толерантное слово, которое произносят по телевизору, употребляют в газетах и которое, конечно же, можно смело использовать в устной разговорной речи. А вот в России слово black будет носить уже оскорбительный характер, поскольку имеет совсем другой смысл — «черными» там чаще называют людей «кавказской национальности» .
    В свою очередь, слово nigger, что в Америке, что в России, напротив — настоящее оскорбление, особенно если его произносит белый человек. Даже сами негры используют это слово крайне осторожно и исключительно среди «своих». Так что, все не так однозначно.

    0
  2. rumpelstilzchen
    наблюдатель

    «Даже сами негры используют это слово крайне осторожно и исключительно среди «своих»»

    Ниггер может осторожно
    Назвать ниггера ниггером,
    А если не ниггер ласково
    Скажет ниггеру «ниггер»,
    Щелкнет насилия триггер
    И случится потом такое,
    Что в гробу кувыркнется
    Гигер

    0
  3. gogi zollern
    наблюдатель

    Есть только один нормальный, человеческий подход — называть человека так, как он сам того хочет. Были в ранние советские годы Даздрапермы, ломавшие девочкам психику, а в масштабах перестроечных послаблений румпель пошел в другую сторону. Я до сих пор вспоминаю письмо, нет, крик души украинской девочки в пионерской газете. Она рассказала, что родители нарекли ее Солохой, и, будучи религиозными ортодоксами, не позволили сменить имя. А, будучи Солохой, он подвергалась остракизму сверстников в самые уязвимые с точки психологии годы. Зачем родители издеваются над детьми? Самоутверждаются так? Видимо, в этом следует искать и разгадку того, почему неонацисты и расисты используют ярлыки для обозначения других рас и этносов. Самоутверждение собственной ничтожности за чужой счет, — что может быть гнуснее и омерзительнее?!

    0
    • omenian
      наблюдатель

      Эк Вы, уважаемый, как глубоко копнули-то… а ведь речь-то не про имена шла вовсе…хотя, согласен, это тоже проблема достаточно серьезная. Что ж до негров с китайцами, вьетнамцами, индусами и прочими — слова, коими их называют в разных странах мира действительно различны и в подавляющем большинстве случаев вовсе не направлены на оскорбление или унижение. К слову, многие негры, часто посещающие другие страны, давно уже не обращают внимание на эту «особенность» местного языка

      0
  4. ignash
    наблюдатель

    Да разве языковыми изменениями можно победить дискриминацию? Я думаю, добрая половина европейцев выражаются политкоректно, но в душе злятся на всех этих афронигеров и прочих геев.

    0
    • gogi zollern
      наблюдатель

      Ну, что тут скажешь… Между «мыслепреступлением» и преступлением физическим — колоссальная пропасть. Увидев на улице красивую, сексуальную женщину, мало кто из нормальных мужчин не проделывает в уме с этой феминой всякие альковные кульбиты… Но нормальный именно тем и отличается от ненормального, что ограничивается лишь умственными упражнениями. Хотя, в плане политическом, вы, безусловно правы. Вот в соседней теме оксфордский профессор кислых щей недоуменно рассуждает: «Сначала Бреферендум 23 июня, затем Трампампада 8 ноября. В обоих случаях опросы общественного мнения серьезно ошиблись, включая опросы при выходе с избирательных участков». Для себя этот сноб считает возможным отпускать плохо завуалированные оскорбления в адрес участников британского плебисцита и выборной кампании в США. Сознательно маргинализирует (как и все левые либералы) оппонентов. Пользуясь засильем леваков в СМИ, навязывает эту маргинализацию в качестве мейнстрима. А потом удивляется, почему оплеванные избиратели стесняются признаваться в своих симпатиях социологам, но наедине с бюллетенем показывают, кто тут тур степной, а кто Хейердал.

      0

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *